часть первая целиком тут

часть вторая - раз
два
три
четыре
пять
шесть
семь
восемь
девять

и таки наконец начало - про Тианди, Мьенже и его храмовый квартал)

***
...Тианди и хотел бы сказать: "Я от этого отвык на Стене", - но знал крепче - к такому он никогда и не привыкал. Да, Старшие родичи, до того, как Тианди дожил до взрослых имен, занимались резьбой ему на мозгах. Что он принадлежит Старшему Высокому Дому, причем подлинной линии наследования. Но – и где он мог это проверить и ощутить – в значимое-то и взрослое время? В Мраморной башне – где с первых ступеней обучения там такой наследующий – кто землю, кто имя - каждый где шестой, где третий, а считать лениво, переиграть их быстрее? На Стене, где любопытное как его снесло, так и не вынесло? Пытаться считаться тем, кто откуда взялся в процессе общей работы? Тианди в своей жизни такого места, что по мнению старших родичей должно было его после взрослого имени нагнать неизбежно и везде – так и не нашел.

Что ж, за то короткое время пребывания в магистрате города Мьенже, среди первых людей - Тианди мог бы сказать, он впервые в жизни подлинно насладился, ощущая себя Наследующим Землю Старшего Дома... именно среди тех, кто эти слова произносит с высшим начертанием, подчеркивая каждый знак золотым, даже в мыслях, а сам заведомо лишен возможности и взглянуть столь высоко (...но очень хочется). Просто обосраться, как насладился - его тошнило. "Сейчас кажется - с первого круга времени тошнило", - называл Тианди.

Они...услуживали. Да, проклятье, они так и говорили - о чести вам услужить. дальше?Они, не успел он толком войти и представиться, уже организовали ему подробный обед, из двадцати четырех блюд - и кстати, очень неплохо имитирующий очень традиционную высокую кухню. Он заземлялся, после этой-то дороги, отъедая карпа в двенадцати травах и вполне еще вежливо рассказывая собеседнику, главе магистрата, вроде как Ллиаверрину эс Сихво айе Хладье, и прибывшим уважаемым, кто он и каково его задание. Ну как: пытался рассказывать. Не выходило - уважаемые главные представители города Мьенже единогласно умудрялись отводить разговор от неудобной темы. Так, что Тианди даже почувствовал себя невежливым - возможно, здесь тоже о делах за едой не говорят?
Но перед ним была задача. Задача жгла и не терпелось.

"Как я ошибался, я осознал буквально через круг времени. Бесполезный круг времени, который я пытался вытряхнуть из этих медоточивых ослов ответ на всего три вопроса - какова тут реальная обстановка с трещинами и фоном Thai – при нормальном состоянии мира и при приливах и в чем у них именно сейчас сложности, соответственно, срезы и подробности, по данным которых можно сообразить, где рациональней всего втыкать Зеркало Устоявшегося… - рассказывать Тианди начинал спокойно, но дорассказывать так чаще не получалось – не чужим же начинал. И сбивался. - И кто, если мне никто не может ответить, чтоб тут всех понос прихватил и не прекращался, отправил соответствующую заявку о необходимости контроля и отслеживания фона проявленности Thai и уровня заражения в этой дыре? А потом был четвертый вопрос: ну если этого отправившего и не было, как мне всё пытаются пояснить, если эта заявка приснилась в страшном сне - ладно мне, но Рьен'галю Эс'Хорн, чтоб за ними однажды пришли его страшные сны - чтоб сожрать их, с костями и посмертием! – всё же кто в этом липком городишке отвечает за безопасность его и его людей - в смысле прочности мира и влияния Thai?"
Это будет долго, рассказывая эту историю, Тианди еще с четверть жизни - будет сбиваться на речь, где пересчитать все обороты и ругательства - пальцев не хватит и высоким счетом. Если считать с локтями и пальцами на ногах.

Там-то он вопросы задавал терпеливо и вежливо. Высоким фаэ. Чем дальше – тем подробней и выше. Тем дальше, чем его вопросам удивлялись. Так почтительнейше удивлялись, и отступали, словно такой стыдной чуши никак не могли ждать - от такого достойного наследника Высокого Дома. "Словно я у них спрашивал, кто же наложил жидкую поносную кучку посреди центральной площади, а кто из них вот сейчас срет себе в штаны. И притом и насрали бы, и ответили они с большим пониманием", - мерзко скалился Тианди. И, не теряя ухмылки, продолжал: "Ну да, я добился: они пустили меня в архив". Дальше он мог высказываться. Эмоционально. С полмалого круга не повторяясь, как-то посчитал. О качестве архива срезов - и отдельно статистики и съемки состояния, которую ему попытались впихнуть. А потом переключался и веселился: "Нет, вы не понимаете - они захотели мне услужить - и решили продемонстрировать и зачитать. На полном передающем - и вслух в два голоса. Ведь точно решили, что по правде мне должно быть наплевать. И просчитались".

Веселиться: ну они бы хоть каких-то проблем в официальную картинку добавили – для правдоподобия - Тианди, по возвращению, смог нескоро. Но смог, и рассказ продолжался так. Его посадили в самом торжественном и занавешенном зале архива, развернули полный передающий и старательно не видели, как он что-то соображает на своем портативном. Подали отличное вино и сушеное мясо. Чтоб печальная необходимость нести службу не казалась столь печальной. "И ссали медком в уши, - продолжал Тианди, - проговаривая словами на этом самом передающем представленное". И вот это - считал Тианди - было вправду так оскорбительно, что почти весело. Вот эти… из магистрата думали, что он проглотит – после хотя бы первого подготовительного в Мраморной башне, статистику, где у земли близ естественной трещины порог присутствия Thai до двенадцатой доли не дотянул, остальное, что там по углам тянет, это они приносят извинения, но заражена не их территория, от земли рудника наносит. И показывали дичайшие склейки срезов, пересчитанные так, что стыдно. Этого уровня не могло быть, потому что… ну хотя бы потому что стерильные земли наперечет, и их по всему Тейрвенон шесть шагов, а здесь он так, вот прямо отсюда, - голову под воду опусти, как лехтев научили, разглядит: брешут.

(...Там, где я думал "зачем?" и "это они серьезно?" - я тоже был. И я тонул - немногим рассказывал потом Тианди. – Без их стараний тоже не обошлось, что я начал рисовать страшные сказки и обитателей той стороны. Потому что тогда я понял... я не понял, я был - внутри рисунка Мастера Кошмаров. Вокруг меня всплывали и пытались затянуть на дно - теплые, липкие, густые медовые пузыри - и лопались, воняя омерзительно... а на дне под ними где-то в глубокой и ледяной воде сидела, намеченная парой движений тонкой кисти - непередаваемая дрянь. Рассчитывая, что ей все равно удастся эту вкусную еду сожрать".)

Ну что ж - тоже признавал Тианди, усмехаясь: опыт своего места в тех Гэлиад - лишнего места - сослужил ему службу. Он сидел, слушал чтецов, делал вид, что косится на демонстрацию. А сам соображал, не морща лоб - в памяти отсидевшего первый подготовительный в Мраморной башне застревает многое. То, например, что в открытых городских архивах обязана находиться съемка соответствующих срезов состояния мира по переломным точкам хотя бы полного года, в норме – нескольких малых лет. И его статус приглашенного эксперта точно допускает возможность взять эти регулярные срезы без всяких запросов, и если он правильно помнит... ага, вот сейчас он доподбирает и возьмет... Зацепится своим передающим и при некотором усилии подхватит.
И да, подхватил. И еще восемь выдохов у него ушло на то, чтобы изучить. На выбрать самые интересные – два. Потому что весь разворот оказался… ага, интересным.

Вино было восхитительным. Мясо - нежным. Тианди не изменился в лице, закусывая открывшееся. Под то, что продолжали лить ему в уши. Нет, пожалуй, не бездна. Так себе гадость. И вино он предпочел допить, перед тем, как выпрямиться и сказать:
- Дерьмо!
Всем этим уважаемым людям не повезло в том, что это совпало с окончанием демонстрации. Бедные чтецы, вернее, слушающий их старший - тоже помнил Тианди - еще поначалу не поняли. Решили, что высокий гость заскучал от обязанностей. Он потом старался вспомнить - но не очень-то получалось - не был ли старшим тогда ньера дохлый жадный хомяк? Или сходство лиц было несомненным. Или их всех тут... из одной гнилой бочки разливали. Но, кто бы это ни был, он точно пытался блеять, что Тианди понимают, это действительно очень скучно... может быть, сначала уважаемый гость посмотрит хорошенький домик на побережье? Работа ведь дело такое, не убежит.
Но кто бы он ни был - бедолага попятился. И чуть не вписался в угол, который за этими их занавесями был. Тианди не случалось потренировать ярость, достойную Высокого Дома, вышла сама, когда он поднялся (...и имя его и право встали с ним), перебросил на основной передающий последнюю отчетную съемку, как раз с Утра Года... надо ж, чтоб в мире булькало даже в настолько прочный праздник. И возможно более выразительным и негромким высоким фаэ запросил, что и зачем они ему докладывают, в то время как отчетная картина фона съемки Thai в городе Мьенже выглядит вот так?
Выдох и сколько угодно он мог любоваться откровенной паникой - но если бы это было его целью! Далее Тианди -не допускающим возражений рабочим высоким – потребовал обеспечить ему катер или другой подходящий транспорт. Для инспекции и личной съемки мест, раз должной картиной ответственные за безопасность города не располагают. А также организовать ему сопровождающего. Который за наблюдение за приливами Thai в этом городе сколько-нибудь отвечает. В противном случае, если ни катера, ни сопровождающего не окажется, он, на правах инспектора жизненно важной области функционирования Тейрвенон, которого преднамеренно и бездарно вводят в заблуждение, подает прямо отсюда по своим каналам полную жалобу скорейшего рассмотрения Наместнику сектора Ставист-рьен.

…Соответствующая полная жалоба рассматривается Властным сектора (...или Властными выше, в зависимости от степени тяжести деяния), выносится на общий суд - и, как отлично знал Тианди, наследник тех Гэлиад, обычно старшие и властные, против которых выдвинуто подобное, со своими местами прощаются, со свистом улетая далеко в выгребную яму. Он подозревал, что даже угроза заставит магистрат подпрыгнуть, и правильно подозревал. Так-то возиться с речью обвинителя и подбором вопиющего ему стало и лень и некогда - так что жалоба, которую он все-таки подал, улетела установленным порядком... и медленней его, но заработала.

Тогда было существенно, что ему за два малых круга нашли катер. Почти без удивлений и протестов. И пафосного болванчика. Старший... контрольной группы состояния города Мьенже показался помоложе тут всех, кроме чтецов. Точно был бледным и перепуганным, и в костюме, словно его сдернули с поездки на охоту... откуда-то из старых времен и из дельты Тарры – вот из тех времен, когда там было, что ловить и было разрешено. Точно выдержаном костюме: до перьев на повязке и инкрустации на сапогах. "Возможно, - еще думал Тианди, - что ж, у него будет шанс поохотиться на более интересную, хотя и куда более мелкую дичь". Был ему представлен, как Тильна эс Риэ роэ’Нард, чем внушил на половину малого круга напрасные надежды.

И точно был пафосным болванчиком - это Тианди, с легкой тошнотой, понимал в уже стартовавшем катере. Спрашивая - и погружаясь все глубже. Парень тоже попытался вкрутить ему эту статистику, что зачитывал магистрат. С дурной и как срисованной декларацией, что все ведь безопасно... что остаточные эффекты... что надуло с рудника. Да, он повторял слова, только дикции недоставало. Трясся.
А еще он не умел - он вообще не умел читать срезы. Увиливая как жалкий наставляемый, пытаясь изобразить что-то, но точно - не умел. И вести самую элементарную съемку – тоже…

"Так-то я должен был быть ему неоднократно благодарен", - рассказывая это потом, как-то уронил Тианди. И, когда удивились, с шесть выдохов собирался, как ему пояснить.
... Он тонул - знал Тианди, - он не понимал, что происходит, и как весь такой бред вообще может происходить. Он ничего не мог добиться - и подташнивало. И задыхался. Липкие сладкие пузыри со зловонным содержимым всплывали и лопались над ним, где-то уже клацала челюстями голодная бездна, а он хватался, искал, за что схватиться, чтоб понять, что он живой, он есть - это здесь происходит какой-то бред и дерьмо. И хотел убивать. Но даже для этого надо было хотя бы встать. На что-то прочное, твердое и понятное.

И этим оказалось - то, что оказалось.

Перед ними тогда была другая, первая трещина, что давала его карта срезов. Катер добрался за какие-то недолгие выдохи. Там точно кончался город, был – Тианди сразу про себя сказал: срач – ручей, пустырь, лохмуты неведомой дряни на мертвых деревьях, что весной точно уходили под воду… И трещина. Скучная такая, подштопанная, похоже - но давно, заросшая трещина... Что любой чистильщик - кстати, где они здесь вообще? - углядел бы ее, не присматриваясь. И в самое тяжелое утро.
И вот как медленно до него доходило, что парень-то не может. Не умеет. Не понимает, как спуститься и разглядеть. Так не могло быть – но так было. И макать его сейчас головой вниз... это было бултыхать бедного раненого кутеночка. В ручей с пиявками. Сам устанешь отдирать.
…И как он - знал Тианди –в тот момент про себя злорадно ржал. "На вменяемую голову, я должен был быть Тильне эс Риэ роэ’Нард неоднократно благодарен. Тогда в первый раз. Я тогда стабилизировался. Я схватился за ближайшее. Знакомое. Ввоспитанное. Очень, не просраться, прочное. С детства. "Я ржал про себя, что при всем при том, что мы думаем о Доме Неспящих Глаз - я представить себе не мог. И поверить никогда не мог. Чтобы роэ'Нард, ну ладно эс что-то там роэ'Нард - пялился на трещину бараньими глазами и понятия не имел: мне точно и прочно показал - не имеет - как спуститься даже на самый первый слой", - рассказывал он это потом Ралице, в очень нерабочее время, и этот лехта, не спрашивая, наполнял ему чашечку живанинкой. Заодно задавая дурацкий и самый уместный вопрос: "Было тяжело?" "Что это... на самом деле было тяжело и страшно, я думал потом. Когда нашел в городе Мьенже прочное место... Когда понял, что происходит и нашел себе - прочное место и свое дело. Даже после Старого Психа только", - отвечал тогда Тианди, цедил греющий золотой хмель мелкими глоточками - и был рад, что Ралица молчит.

Здесь-то, когда все кончилось, в разговоре с Ралицей - можно было вспомнить про должные места. Что грозили и ему. Куда его родичи с удовольствием бы его законопатили. И – нет! – старательно отбивался от следующей мысли Тианди… Нет, он бы во что-нибудь уперся. Даже если бы в этом мире и не было Стены!
…А если у Тильны эс Риэ роэ’Нард не нашлось? Упора, чтобы противостоять. А если он вот рос как его младшие родичи - кто знает, какую срань вкручивают в голову усвоенным роэ'Нард: куда Дом поставит, туда и встанешь, интересных мест на всех не хватит, у наследующих линий свои дети есть. И в ответ этой выгребной яме не нашлось - давления изнутри, своего одного такого и прекрасного. Ну, бывают же люди, о которых их Бог не подумал никак - как ни мерзнет Тианди произносить это расхожее выражение (...оно смердит. Вот тем, что на самом деле содержат липкие медовые пузыри. Там много мертвого на дне. Мертвого и гнилого. И того, кто в этом прячется. Чтобы затянуть и сожрать. Чтобы ты тоже вечно там лежал на дне. Гнил и булькал.) Ну и куда ему было дальше? - жизнь есть жизнь, место есть место, не хуже совсем так прочих - то есть, хуже, но бывают ведь и говённей, и гораздо. А здесь что - здесь сочится медом к наследнику какого ни есть Дома магистрат, а вино вкусное, и мясо ничего так... И, вот подумать - склеены этой липкой сладостью удобные условия, где за то, что требует это место и отвечать вроде не надо, плыло бы оно как-нибудь само и его не беспокоило... А он, Тильна эс Риэ роэ’Нард пока поддастся и поедет. На охоту, да. Год за годом. В этот, как они предлагали, домик на побережье. Тогда Тианди уже понимал - вот для такого понимания своего места и земля Хладье может много что предложить.
Но как же, - отвечал он сам себе потом, стряхивал - с мыслей изморозь - как же, как бы то ни было, при любых условиях на таком-то месте не понимать банального. Как читают срезы... как спускаются... то, что знают на первом году обучения? И возражал себе же: а с чего ты взял, что у него был - этот первый год и вообще какой-нибудь был? Мраморной башни на всех рьен'роэ не хватит, как и чему учатся прочие... Как чистильщики-то он знал, но это ж как должно за шиворот потянуть... чтобы с места роэ'Нард с этой специализации начинать. На рядовых чистильщиков эти-то… смотрят с пренебрежением. На типовых ремесленников. Тем более, высшая административная во Мьенже есть. Надо же здешним хоть чем-то гордиться?
У Тильны эс Риэ роэ’Нард могло - вполне могло, если он не рвался, ничего этого и не быть, - договаривал себе Тианди. Того, что для меня было естественно возможным. А может, если бы и рвался поначалу - не помогло - продолжал он вслед. До этого-то места он выданное изначальное руководство дочитал. Что сюда ссылали. С Семьей и потомками. И - о, да... - это по возвращении он бы подтвердил двенадцать раз: Дом Нард отлично знал, куда ссылать

"И я дважды должен бы быть благодарен, что он был таким, - продолжал Тианди, когда рассказывал Ралице. - Мне все еще страшно подумать, но признаю: ведь если бы не Тильна эс Риэ роэ’Нард и мой эс'ри Шийх'най - они бы своего добились сразу".

Ладонью он, конечно, загребал, что сознает: преувеличивает. Представители магистрата города Мьенже осилить такую комбинацию с такой скоростью, спрогнозировав его эмоциональный расход и его результат... нет, он сильно сомневался, что могли. Это было дерьмо, которое встречается. И чуть было не встретилось с ним. Но вероятный результат, если бы он таки нырнул в горелый дом - и его, при том эмоциональном раздрае, сожрали бы раньше, чем он успел понять, куда полез - магистрат бы точно устроил. Хоть и ненадолго. А вот как знать - отплатил бы эль'ньеро Харрат за такого идиота. Посмертно. Пафосным болванчиком Тильной эти-то, пожалуй, бестрепетно бы пожертвовали.
"К счастью, не понимал в Изнанке и неправильных ее обитателях он на этот раз меньше меня. И был перепуган насмерть. Предложением-то спуститься. К счастью, эс'ри Шийх'най - как все дарра - гадость нюхом чуял и, как говорил, был готов стрелять - мне по ногам, а этому, как он сказал, куда захочется. И я получил необходимое мне подтверждение - и потребовал доставить меня в храмовый квартал", - дальше знал Тианди. И дальше тоже знал.

Храмовый квартал отгораживала мощеная площадь – небольшая, но заметная историческая пожарная дистанция. И старая каменная стена - по порядку, в шесть ростов... Ворота, выходившие на ту площадь, как тогда Тианди показалось, тоже стояли со времен исторических. И ушли в брусчатку. И на створы карабкалась трава. Но рядом точно была калитка. Свежего, светлого дерева. И она была открыта.
"Я постучался, для порядка, и вошел, - знал Тианди. Поправлялся потом. - То есть мы вошли, - потому что эс'ри Шийх'най следовал за ним. И даже не без отвращающего жеста - отдельно помнил Тианди. Но это было неважно. - Я вошел и мне стало тихо".

Был камень - под ногой - прочно сбитые горбушки булыжника. Был первый дом - подходил почти к стене, но распахивался перед взглядом внутренним двором. Двор продолжался лестницей – на спуск. Над спуском деревце росло. Вроде, рябина. Темнело. В доме были окна, светились. Теплым. Первые два окна, над основным входом по левую руку - высокие, мелкие стекла, кажется - витражи. Был дом - серый камень, светлая штукатурка, серое дерево... Совершенно ничем не пытающийся быть похожим на Исс-Тарру. Местный. Прочный.
Тианди встал и глубоко вдохнул. Еще раз и еще. Пахло осенью, глубокой уже осенью (здесь и была осень... начиналась). Над рекой. Cначала его отвлек эс'ри Шийх'най. Времени прошло на три выдоха. Он показывал, что калитка закрылась. Точно было, что привратник, как его назвал Тианди, выделился из окружающего, точно не из основной двери, когда Тианди перевел взгляд.
Он был явно... практикантом, тоже не удержался от определения Тианди. Ну точно - в том возрасте. На нем была красная накидка с рыжей меховой опушкой... А еще вот мелкую долю выдоха... он еще оставался удивленным. Перед тем, как воспроизвести историческое почтительное приветствие. Которым лехтев встречают гостя на своей территории.
"Но выпрямляясь, в сторону - к рябине? К окнам? - он улыбнулся", - знал Тианди. Которому все еще было медленно. И хорошо.
- Я хочу сказать "теплый вечер" гостям моего храмового квартала, - историческим привратник и продолжал. Улыбку припрятав. - Вы пришли сюда. Вам что-нибудь нужно?
...Но от практиканта уже тоже пахло, уже тоже было - вечером, осенью, холодной рекой, прочным домом, где светились окна. Все просто было - и ничего не булькало. Нигде. Тианди еще раз вдохнул - вошел и поплыл.
Вслух... интересно получилось:
- Выдохнуть. Постоять и выдохнуть, еще выдоха три, - отдаваясь течению отозвался Тианди. Дальше вдруг получилось. - Вымыться. Слегка пожрать. Выспаться. А говорить с вашими старшими про то, где бы тут у вас найти место для постройки Зеркала я буду уже завтра. Но прочней места я очевидно здесь не найду.
- Наш... уважаемый гость хочет, чтобы мы подготовили ему гостевую комнату - чтобы он мог подождать, пока мы будем готовить купальню? - привратник отозвался ему, подождав ровно три выдоха. Четыре. И, не дожидаясь ответа, уточнил. - Комнату готовить для долгого визита, ниери Тианди роэ'Гэлиад? Вы ведь - я вас правильно понял - пришли к нам как эксперт Тианди роэ'Гэлиад и будете здесь работать? - на последнем вопросе его вежливый и почтительный завязался в узел - точно помнил, что улыбнулся Тианди. Ну, он редкостно не подходит для разговоров и вопросов о работе. Улыбнулся и ответил - обычным легким:
- Да, конечно. Это я вам на все вопросы. Гостевая комната нам понадобится и понадобится надолго. Я эксперт Тианди и я к вам и с вами работать. И отдышаться, конечно же. Сейчас.