предыдущие

и где собственно про мастера Гончара


Но дядька допустил. И разрешил ему остаться. Внизу, в мастерской. В его месте. Это было видно. Это было. Маленький Ралица вряд ли это думал – словами, но вот такое, о чем ему уже говорили - в первых словах первых Канонов - он просто здесь, в незнакомом месте узнавал. Кожей и корнями. В Этэрье это было понятно и так должно, что незаметно, а здесь, в чужом месте...
Но и сад был еще и дядькой, и не его, арендованный дом все равно прорастал дядькой дальше?